Все фрагменты , в которых рассказано об учёбе остапа и андрия

2-ая часть:Они были отданы по двенадцатому году в Киевскую академию, потому что всепочетные сановники тогдашнего времени считали необходимостью датьвоспитание своим детям, хотя это делалось с тем, чтобы после совершеннопозабыть его. Они тогда были, как все поступавшие в бурсу, дики,воспитаны на свободе, и там уже они обыкновенно несколько шлифовались иполучали что-то общее, делавшее их похожими друг на друга. Старший,Остап, начал с того свое поприще, что в первый год еще бежал. Еговозвратили, высекли страшно и засадили за книгу. Четыре раза закапывалон свой букварь в землю, и четыре раза, отодравши его бесчеловечно,покупали ему новый. Но, без сомнения, он повторил бы и в пятый, если быотец не дал ему торжественного обещания продержать его в монастырскихслужках целые двадцать лет и не поклялся наперед, что он не увидитЗапорожья вовеки, если не выучится в академии всем наукам.С этого времени Остап начал с необыкновенным старанием сидеть за скучноюкнигою и скоро стал наряду с лучшими. Тогдашний род учения страшнорасходился с образом жизни: эти схоластические, грамматические,риторические и логические тонкости решительно не прикасались к времени,никогда не применялись и не повторялись в жизни. Учившиеся им ни к чемуне могли привязать своих познаний, хотя бы даже менее схоластических.Самые тогдашние ученые более других были невежды, потому что вовсе былиудалены от опыта. Притом же это республиканское устройство бурсы, этоужасное множество молодых, дюжих, здоровых людей -- все это должно былоим внушить деятельность совершенно вне их учебного занятия. Иногдаплохое содержание, иногда частые наказания голодом, иногда многиепотребности, возбуждающиеся в свежем, здоровом, крепком юноше, -- всеэто, соединившись, рождало в них ту предприимчивость, которая послеразвивалась на Запорожье. Голодная бурса рыскала по улицам Киева изаставляла всех быть осторожными.

Меньшой брат его, Андрий, имел чувства несколько живее и как-то болееразвитые. Он учился охотнее и без напряжения, с каким обыкновеннопринимается тяжелый и сильный характер. Он был изобретательнее своегобрата; чаще являлся предводителем довольно опасного предприятия и иногдас помощию изобретательного ума своего умел увертываться от наказания,тогда как брат его Остап, отложивши всякое попечение, скидал с себясвитку и ложился на пол, вовсе не думая просить о помиловании. Он такжекипел жаждою подвига, но вместе с нею душа его была доступна и другимчувствам.

Если ответ по предмету Литература отсутствует или он оказался неправильным, то попробуй воспользоваться поиском других ответов во всей базе сайта.