О нелюбви Ахматовой к Чехову рассказали многие мемуаристы, этой темепосвятил Лев Лосев статью ("Звезда", 2002, №7), в которой справедливозаметил, что относилась она к Чехову даже не равнодушно, как, скажем,Гумилев или Мандельштам, а "с отрицательной агрессивностью". Объясненийэтому феномену (при том, что художественный метод Ахматовой роднит ее сЧеховым) Л. Лосев не находит: "...неприязнь Ахматовой к Чехову, при ихнесомненном литературном сродстве, иррациональна, загадочна, и всегипотетические объяснения неудовлетворительны". Остается разве что,согласно теории Харольда Блума, объяснить эту неприязнь "неврозомвлияния": "По Блуму, - говорит Лосев, - все великие поэты страдают"неврозом влияния", и первейший симптом этого невроза - отталкивание отисточника влияния, т.е от непосредственного предшественника".Такой довод представляется остроумным и почти убедительным, - но вотведь Анненский был предшественником Ахматовой, оказал на нее очевидноевлияние, однако никакого "невроза" в связи с ним обнаружить невозможно,скорей, наоборот, - Ахматова горда этим своим ученичеством.И как согласно теории Блума объяснить "агрессивность" того жеАнненского по отношению к Чехову? Анненский старше Чехова на четырегода, следовательно, назвать Чехова предшественником Анненского нельзя,но можно отметить их литературное родство: достаточно сравнить,например, "Даму с собачкой" с "Прерывистыми строками", а, скажем,"Скучную историю"... "Скучную историю" можно сравнить едва ли не с любымстихотворением Анненского, подойдут и "Тоска маятника", и "Зимний сон"("Вот газеты свежий нумер..."), и "Лира часов"... Между тем, что жеписал Анненский о Чехове? "Я перечитал опять Чехова... И неужто же,точно, русской литературе надо было вязнуть в болотах Достоевского ирубить с Толстым вековые деревья, чтобы стать обладательницей этогопалисадника... Я чувствую, что больше никогда не примусь за Чехова. Этосухой ум, и он хотел убить в нас Достоевского - я не люблю Чехова истатью о "Трех сестрах", вернее всего, сожгу..." (письмо к Е. М. Мухинойот 5 июня 1905 года). И далее в том же письме он спрашивает: "Что онлюбил, кроме парного молока и мармелада?" И все это сказано лишь годспустя после смерти Чехова!Что касается молока и мармелада, то их любил, я думаю, не Чехов("Ужин прощальный, по случаю закрытия сезона... Я пил немного, нобеспорядочно, мешал ликеры с коньяком..." - из письма Суворину от 20февраля 1889 г.; "...потом пошел гулять, потом был в поганом трактире...потом пошел в пакостные места, где беседовал со студентом-математиком ис музыкантами, потом вернулся домой, выпил водки, закусил..." - Н. Н.Оболенскому, 28 апреля 1889 г. и т.п), а как раз Анненский (в хлесткихфразах человек, как правило, далеко за словами не ходит, берет первое,попавшееся под руку). И в его столь дорогих для нас стихах эпитет"молочный" - частый гость: "День был ранний и молочно-парный...", "Но напятна нив и рощ / Только блеск молочный льется..." ("В дороге") и т.д.Интересно, любил ли мармелад Достоевский? Сонечка-то у него Мармеладова!
Если ответ по предмету Литература отсутствует или он оказался неправильным, то попробуй воспользоваться поиском других ответов во всей базе сайта.