Героический эпос. Былина"Илья Муромец и Соловей-Разбойник".

Главное внимание было обращено не на Илью Муромца, а на Соловья-разбойника. В. В. Стасовутверждал, что наш Соловей восходит к среднеазиатскому Иельбегену.Одной головой он играет на дудочке, другой — поет, третьей свистит ит. д. (Соч., т. III, стр. 1111 и сл.). Орест Миллер усматривал впосвисте Соловья вихрь, грозу, бурю, а его самого, его гнездо и домопределял как тучу, заслоняющую солнце, то есть Владимира красноесолнышко (Илья Муром., стр. 254—306). Ф. И. Буслаев находит, чтоОрест Миллер в своих мифологических толкованиях зашел слишком далеко ичто образ Соловья-разбойника объясняется гораздо проще. Соловей не чтоиное, как бортник, то есть «древолазец», промышляющий дикий мед(Народная поэзия, стр. 275—279). М. Халанский утверждал, что «всечерты русской былины об Илье Муромце и Соловье-разбойнике покрываютсясоответствующими чертами сказания Тидрек-саги о Тетлейфе»(Южнославянские сказания, I, стр. 104). Ягич возводил Соловья кСоломону на том основании, что Соломон «възгроди себе град в древесехплетеных вельми мудро» («Archiv für slawische Philologie», I, 1876). А. А. Потебнявысказал мнение, что Соловей-разбойник действительно разбойник, но непростой, а из ряда вон выходящий. Сиденье на трех дубах и свист —поэтическая гипербола («Живая старина», 1891, III, стр. 125—126). Всев. Миллербыл твердо убежден, что былина о Соловье-разбойнике слагается из двухпесен: одной об освобождении Чернигова, другой о встрече Ильи сСоловьем. На основании рукописной традиции Всев. Миллер считаетвозможным утверждать, что под Черниговом понимается не Чернигов, аСебеж, так как в «повестях» речь идет именно об освобождении Себежа.Миллер приводит и исторические данные. В 1535 году Себеж подвергсянападению со стороны поляков и литовцев. Их двадцатитысячное войско былоразбито и частично утонуло подо льдом Себежского озера. В былине,правда, нет ни поляков, ни литовцев, ни сражения, нет также и озера, нетдаже и города Себежа, но это для Миллера не существенно, так как онстоит на точке зрения, что исторические события в эпосе всегдаискажаются (Очерки, I, стр. 391—401). Позднее Миллер истолковал так жеэпизод встречи Ильи Муромца с Соловьем. По его мнению, Соловей —обыкновенный древнерусский разбойник. Его имя есть просто воровскаякличка, данная ему за умение хорошо по-разбойничьи свистеть. Отчество жесвое былинный Соловей получил от татар. Его отчество «Рахматович»,«Рахмантьевич», «Рахманов» и т. д. получилось, по Миллеру, из «ворАхматович». Этот Ахмат в 1480 году ходил на Москву, долго стоял на рекеУгре, был разбит и бежал. От него Соловей-разбойник будто бы и получилсвое отчество. Исторический прототип Соловья — это упоминаемый влетописи разбойник Могута, который был пойман, приведен к Владимиру, гдеон «воскрича зело и многи слезы испущая из очию», поклялся покаяться.Этот крик кающегося разбойника в былине соответствует свисту. Таковатеория Всев. Миллера (Очерки, III, стр. 91—135). Н. И. Коробка(Чудесное дерево и вещая птица. — «Живая старина», 1910, III,стр. 189—214) видит в птице на дереве, и в том числе вСоловье-разбойнике, символ смерти. Река, у которой находится Соловей, —это река смерти, а Соловей-разбойник уподобляется античному Харону,сидящему у перевоза и отвозящему души в Аид.К рационалистическому толкованию Соловья как разбойника в советское время примкнул В. И. Чичеров(Былина «Илья и Соловей» рассказывает о борьбе с разбоем. —«Историко-литературный сборник», стр. 27). На такой же точке зрениястоит А. Н. Робинсон (ИКДР, II, стр. 151).

Если ответ по предмету Литература отсутствует или он оказался неправильным, то попробуй воспользоваться поиском других ответов во всей базе сайта.